Ремонт мобильных телефонов: взгляд изнутри

Почему современные мобильники такие хрупкие? Как обстоят дела с качеством продукции у известных брендов? Сколько зарабатывают мастера-ремонтники и где они учатся своей профессии? Откуда берутся запчасти? Об этом и многом другом мы говорили с человеком, занимающимся ремонтом телефонов с 15 лет

Года два назад у меня случилась неприятность с iPhone 3GS. Он очень основательно приложился об пол, и хотя внешних повреждений не наблюдалось, на экране вместо привычных иконок появилась какая-то разноцветная белиберда. Дальше все было просто: запрос в поисковике «ремонт iPhone» с последующим выбором самого выгодного и географически удобного предложения. Так мы и познакомились с Александром, владельцем небольшого сервисного центра в центре Москвы. Во время ремонта, занявшего минут двадцать, мы разговорились, нашли общих знакомых, и время от времени я стал заходить регулярно. Иногда — что-то починить из своего мобильного зоопарка, а иногда показать какую-нибудь новинку. И вот однажды появилось ощущение, что разговоры о мобильниках и их ремонте могут оказаться интересными не только мне. После чего мы сели рядом с включенным диктофоном и проговорили несколько часов подряд. Первую часть расшифровки нашей беседы я и предлагаю вам сегодня.

Александр

Кстати, некоторой неожиданностью для меня стал возраст собеседника — оказалось, что ему всего двадцать лет. Сейчас Александр учится в Московском энергетическом институте, а перед этим получил средне-специальное образование по специальности «ЭВМ, вычислительные машины, комплексы, системы и сети» в Московском государственном колледже информационных технологий. С этим и был связан мой первый вопрос.

Сергей Вильянов: То, что ты из школы пошел не в ВУЗ, а в колледж, было осознанным решением, или просто с институтом не сложилось?

Александр: Абсолютно осознанным. Я с 12 лет начал очень плотно интересоваться устройством компьютеров. Время для экспериментов тогда было очень благодатное — чего стоили хотя бы Athlon’ы, у которых можно было увеличить множитель и поднять напряжение парой штрихов простым карандашом. Мой первый собственный компьютер работал на классическом Pentium’е, однако материнская плата там стояла довольно хитрая, поддерживающая одновременно Socket 7 и Slot 1. Благодаря этому я, разобравшись как там все устроено, смог его существенно проапгрейдить и через пару лет продать однокласснику. Именно эти деньги и составили мой стартовый капитал — около 4 500 рублей плюс какие-то небольшие личные сбережения. На дворе стоял 2005 год, мне было 14 лет. Поступая в колледж, я очень надеялся получить еще больше знаний о компьютерах и их ремонте, параллельно используя их на практике. Так вот если с практикой все шло неплохо и я прилично для своих лет зарабатывал, помогая людям с ремонтом и сборкой компьютеров, то колледж, честно говоря, разочаровал. Тому, что казалось нужным мне самому, там практически не учили, и в итоге до многих вещей все равно доходил сам, своей головой.

И вот на первом курсе колледжа, когда мне было 15 лет, случилось важное событие — я купил свой первый программатор для мобильных телефонов, Tornado UFS-3. Тогда — в 2005-2006 годах — мобильники окончательно «пошли в массы» и царил бум кастомизации. Люди, порой не очень подкованные технически, сидели в форумах, качали разные прошивки и патчи и, увлекшись, нередко превращали телефоны в «кирпичи». И вот тут-то без программатора было не обойтись. Стоил он $200, что было для меня довольно ощутимой инвестицией. Замечу, что на трату пошел не только ради жажды нажиться на чужих проблемах (хотя, не скрою, окупился программатор многократно), а еще и из любопытства. Разобраться в новой области ремонт сотовых телефонов в пензе адреса — это всегда очень здорово.

Тот самый первый программатор. После нескольких ремонтов он еще в строю

У нас была таганская районная сеть — CPMS.ru, и я начал потихоньку давать там объявления о прошивке телефонов. Тогда одна итерация стоила от 150 до 300 рублей, и, в общем, это были хорошие деньги (сейчас, к слову, за прошивку берут около тысячи). Нельзя сказать, что приходило очень много людей, но поток постоянный был, и некоторые заказчики того периода обращаются до сих пор. А первый крупный заказ мне организовал в 2006 году старший брат. Дело в том, что ему очень хотелось аппарат Nokia8910i — тот самый знаменитый «выезжающий» слайдер в титановом корпусе. Проблема в том, что к тому времени их уже сняли с производства и купить новый экземпляр было практически невозможно. Так вот брат познакомился с человеком, обнаружившим серьезные запасы 8910i где-то в Великобритании. Тот возил их по несколько экземпляров и продавал в России. Однако если проблему с локализацией клавиатуры он решать научился (путем гравировки), то с русской прошивкой были определенные трудности. Брат купил такой аппарат, я его тут же прошил, и результат был продемонстрирован продавцу: мол, если надо — обращайся. Тот решил не искать добра от добра и все привезенные 8910i, около 1000 экземпляров, отдавал на доработку мне. Языковой пакет для этой модели весил, смешно вспомнить, около килобайта, и процедура прошивки занимала ровно 20 секунд, не считая извлечение из коробки и упаковку обратно. За раз мне обычно привозили 30-40 аппаратов, на них уходило примерно полчаса, и даже с учетом «оптовой скидки» до 70 рублей за прошивку одного экземпляра на круг выходило неплохо.